Российский бизнес предлагает ЕС пересмотреть углеродный налог 
30.11.2021

Российский бизнес предлагает ЕС пересмотреть углеродный налог 

РСПП и три российские компании отправили в Еврокомиссию предложения внести поправки в углеродный налог на товары, которые ввозятся в ЕС. По мнению российских компаний, в текущем виде налог может нарушать правила ВТО, поскольку он создает преференции для бизнеса в Европе. 

18 ноября Еврокомиссия прекратила принимать замечания и предложения по поводу ввода углеродного налога (по официальному названию – трансграничного корректирующего углеродного механизма, CBAM). Россия направила в Брюссель четыре документа от  Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) и компаний: «Газпром нефть», НЛМК и UC Rusal. Данная информация стала известна РБК от представителя Еврокомиссии по налогообложению и таможенным вопросам.

Российский бизнес обнаружил следующие проблемы в корректирующем регулировании: 

  • возможная несовместимость с нормами Всемирной торговой организации (ВТО);
  • отказ от признания климатических проектов иностранных производителей;
  • учет косвенных выбросов от сырья и комплектующих;
  • возможность обращения к «дефолтным значениям»  при вычислении углеродного следа при отсутствии данных по фактическим выбросам у европейских регуляторов. 

Европейский углеродный налог затронет интересы НЛМК и Rusal, поскольку на первом этапе он будет распространяться на железо, сталь, алюминий, на удобрения, цемент и электроэнергию. Кроме того, НЛМК и Rusal обладают дочерними предприятиями в Европе, которые импортируют сырье из РФ. 

Дискриминация иностранных производителей

По мнению РСПП, реализация данного механизма регулирования создаст барьеры для международной торговли и повлияет на ценообразование, на которое все еще оказывает воздействия пандемия COVID-19. В такой редакции налог нарушит свободную конкуренцию между товарами, производимыми в Европе и не в Европе, что противоречит правилам ВТО. 

Как пример, данная схема торговли квотами на выбросы в Евросоюзе (ETS) делает исключение для установок, выделяющих не более 25 тыс. т эквивалента CO2 в год или потребляющих не более 35 МВт энергии в год. При этом в рамках предложенного механизма регулирования для иностранных установок таких исключений не предусмотрено. Исключения в рамках ETS предоставляются небольшим установкам в Хорватии, Франции, Германии, Исландии, Италии, Португалии, Словении и Испании. «Газпром нефть» также обращает внимание на этот момент и рекомендует исключить небольшие установки из сферы действия CBAM.

Еще один фактор, отличающий европейскую ETS от CBAM, заключается в том, что проект предполагает учет косвенных выбросов от производства и потребления сырья в процессе изготовления финального продукта. Как отмечает РСПП, «при поставке чугуна в Евросоюз расчет углеродного следа будет включать выбросы от добычи железной руды и других материалов. В рамках же европейской ETS выбросы от руды и других сырьевых материалов не включаются. Иностранные производители товаров, подпадающих под действие CBAM, окажутся в гораздо менее благоприятных условиях по сравнению со своими конкурентами в ЕС, которые подпадают под «преференциальные» условия».

При этом европейские производители продолжат пользоваться существующими мерами поддержки ссылаясь на проект пересмотра системы ETS, который был опубликован Еврокомиссией в июле одновременно с проектом CBAM. 

НЛМК настаивает на том, что импортеры углеродоемких товаров в Европу должны оплачивать углерод по фактической цене, как и европейские производители с учетом компенсаций и льгот, которыми пользуются европейцы.

Rusal замечает, что сложность администрирования CBAM «может стать искусственным ограничением и создать дополнительные торговые барьеры для партнеров ЕС, что невозможно приветствовать в рамках ВТО». Если иностранные поставщики откажутся от прохождения технических и административных формальностей, они получат возможность реализовывать свою продукцию на других рынках. Это будет грозить Европе дефицитом и ростом цен на определенные товары.

Еврокомиссия получила комментарии от 193 сторон – от компаний и деловых ассоциаций, а также государственных ведомств, НКО, экологических организаций и граждан. Комментаторы из РФ составили 2% комментариев. Для сравнения: на долю Украины приходится 3% комментаторов, Турции – 4%, Германии – 13%.

РБК отправил запрос в Минэкономразвития и Минприроды. Они еще летом получали поручения по работе над замечаниями России по европейскому проекту углеродного налога.

Принцип «Загрязнитель не платит»

РСПП обращает внимание на то, что Евросоюз отказывается от принципа «загрязнитель платит». По новым правилам платить углеродный сбор придется «уполномоченному декларанту», зарегистрированному в ЕС, при том, что парниковый газ выделяется в стране происхождения товаров во время их производства. Как заключает РСПП, «CBAM как таковой не может рассматриваться как мера, способствующая сокращению выбросов парниковых газов в странах производства».

РСПП и «Газпром нефть» недовольны ЕС за отказ учета климатических проектов в третьих странах и индивидуальные усилия иностранных производителей по снижению углеродного следа. РСПП призывает ЕС принимать во внимание результаты добровольных проектов по сокращению выбросов в расчете финальной углеродоемкости импортируемых товаров и, соответственно, размера CBAM. Rusal подчеркивает, что его предприятия в Швеции, Германии, Ирландии и Италии выпускают низкоуглеродный алюминий и выносит предложение об обнуление импортной пошлины на низкоуглеродный алюминий с текущих 3-6%. Это простимулирует его потребление в Европе.

Позиция РСПП отчасти совпадает и с официальным мнением российских властей по этому вопросу. Это касается, например, признания собственных добровольных климатических проектов, взаимного признания углеродных единиц.

«Газпром нефть» вспоминает, что европейские чиновники допускали возможность включения в схему углеродного налога определенных товаров, таких как продукты нефтехимии и нефтепереработки, немедленно с 2026 года, то есть без переходного периода. В свою очередь, компания планирует настаивать на трехлетнем переходном периоде в отношении товаров, которые впоследствии могут быть включены в CBAM.

Как заявил управляющий директор рейтинговой службы НРА Сергей Гришунин, перввыми на СВАМ отреагировали представители металлургической отрасли: у них уже есть большой опыт взаимодействия с европейскими регуляторами. По его мнению, ЕС применяет усредненные условные метрики и нередко не принимает во внимание особенности работы российской экономики. Проект CBAM  также предлагает ориентироваться на «дефолтные значения», коготорыми устанавлива.ются по средней углеродоемкости 10% наименее эффективных европейских установок, выпускающих определенный товар, в случае если регулятор не владеет надежными данными со стороны экспортера. На этот факт активно указывают российские компании.

Аналитик замечает, что российские климатические проекты, ведущиеся по собственной инициативе, не учитываются на данный момент в рамках СВАМ. Это может привести к абсолютному игнорированию российских усилий по декарбонизации производства. 

Возможности нейтрализации СВАМ

В предложениях по климатической политике, которые комиссия РСПП направила президенту РСПП Александру Шохину 22 ноября, введение трансграничного углеродного налога ЕС называется неизбежностью. Проект Еврокомиссии предполагает возможность уплаты углеродного сбора в стране изготовления товара вместо уплаты СВАМ, и комиссия предлагает рассмотреть этот подход и ввести внутренний сбор для российских экспортеров, аналогичных СВАМ в юрисдикции. Тогда выплаты смогут быть нейтрализованы, а денежный ресурс останется в России.

Российский углеродный налог понадобится и в случае введения налоговых механизмов, подобных СВАМ, другими государствами, например, США или Китаем. Создание российского механизма регулирования станет контрмерой по отношению к товарам, которые импортируются в Россию из ЕС. Позиция РСПП по климатической политике и углеродному регулированию будет вынесена на обсуждение на заседании бюро правления организации, которое состоится 24 ноября. 

Введение углеродного налога приведет к годовым издержкам импортеров российской продукции в ЕС в размере от $1,8 млрд до $5 млрд, как сообщают оценки Boston Consulting Group, КПМГ. Эти оценки предполагают, что регулирование коснется только групп товаров, объявленных Евросоюзом. Если регулирующие меры затронут и нефть, нефтепродукты, газ, уголь, цветные металлы, издержки достигнут €17 млрд в 2035 году. Такую оценку дала консалтинговая компания McKinsey.