Наиболее оптимистичным сегментом товарного сектора в последние годы были металлы, связанные с энергетическим переходом, такие как медь, литий и редкоземельные элементы.
Производители железной руды хотят, чтобы их продукция была добавлена в этот список.
Сильный рост спроса на сталь в Южной и Юго-Восточной Азии будет поддерживать высокий спрос на сырье и более чем компенсирует снижение производства в Китае и западном мире.
Таково было общее мнение на отраслевой встрече в Сингапуре на этой неделе.
Однако оптимизм производителей железной руды не разделяли сторонники декарбонизации отрасли, и произошел сдвиг от представления о «зеленой» стали как о великой надежде из-за горького осознания того, что это будет чрезвычайно дорого.
В настоящее время правительствам не хватает воли для принятия законов, регулирования и стимулирования перехода от производства стали с использованием угля к использованию возобновляемых источников энергии.
Бычий настрой на рынке железной руды в значительной степени основан на прогнозах, согласно которым Индия увеличит производство стали с нынешних примерно 168 миллионов метрических тонн в год до примерно 400 миллионов тонн к 2035 году.
Индия является небольшим нетто-экспортером железной руды: согласно данным, собранным аналитиками Kpler, экспорт составит 28,62 миллиона тонн в 2025 году, а импорт — 13,87 миллиона тонн.
Если Индия более чем удвоит производство стали в течение следующих 10 лет, ей почти наверняка придется увеличить импорт, поскольку ее отечественная промышленность не сможет добывать достаточное количество руды с достаточно высоким содержанием железа, чтобы это было экономически целесообразно.
Также существует оптимизм в отношении того, что страны Юго-Восточной Азии, такие как Вьетнам, Индонезия и Таиланд, будут наращивать мощности по производству стали по мере индустриализации их экономик, и это будет в значительной степени зависеть от импорта железной руды.
Коммерческий директор Rio Tinto Болд Баатар заявил на Сингапурском форуме по железной руде и стали, что к 2035 году надвигается дефицит предложения железной руды в размере 650 миллионов тонн.
Эта цифра учитывает новые рудники, такие как проект «Симанду» в Гвинее мощностью 120 миллионов тонн в год, который находится в процессе ввода в эксплуатацию.
Однако Rio ожидает, что темпы разработки новых рудников не будут соответствовать потере тонн по мере того, как рудники будут исчерпывать свой ресурс.
Еще одним фактором, поддерживающим такие горнодобывающие компании, как Rio, которая является крупнейшим в мире производителем железной руды, является то, что большая часть новых мощностей по производству стали, строящихся в Азии, использует традиционный метод производства с использованием доменной печи и кислородно-конвертерного производства (BF-BOF).
Этот метод проверен и экономически эффективен, но также сильно загрязняет окружающую среду, поскольку он основан на использовании металлургического угля.
На долю сталелитейной промышленности приходится около 8% мировых выбросов углерода, поэтому декарбонизация жизненно важна для достижения климатических целей по нулевым выбросам к 2050 году.
Однако, хотя горнодобывающие и сталелитейные компании стремятся говорить о декарбонизации своих предприятий, в реальности они лишь стремятся к легкодостижимым результатам, планируя повысить эффективность и использовать железную руду более высокого качества.
Любые реальные усилия по существенному сокращению выбросов предполагают переход от угля к водороду в качестве восстановителя и возобновляемой электроэнергии в качестве источника энергии.
Но до сих пор на производство «зеленой» стали было выделено очень мало капитала.
Чжун Шаолян, заместитель генерального секретаря Всемирной ассоциации производителей стали, заявил в среду на Сингапурском форуме по «зеленой» стали, что на поддержку производства «зеленой» стали было инвестировано всего 20 миллиардов долларов.
Это привело к ожидаемому объему производства «зеленой» стали в 70,8 млн тонн к 2030 году, большая часть которой будет сосредоточена в Европе.
Учитывая, что к 2030 году мировое производство стали, как ожидается, приблизится к 2 миллиардам тонн в год, запланированный объем производства «зеленой» стали составляет менее 4% от общего объема.
Проблема заключается в отсутствии глобального стандарта для «зеленой» стали, а углеродные налоги, такие как Механизм корректировки углеродных границ в Европе, недостаточно распространены, чтобы обеспечить существенный переход к «зеленой» стали.
Согласно данным Всемирной ассоциации производителей стали, представленным на этой неделе, текущая стоимость производства стали с использованием метода доменной печи и конвертера составляет около 400 долларов за тонну.
Однако использование возобновляемого водорода и электроэнергии повышает стоимость до 500–850 долларов за тонну в зависимости от места производства.
Единственный способ сократить этот разрыв — это регулирование со стороны правительств в пользу экологически чистой стали, либо путем налогообложения более загрязняющих окружающую среду методов, либо путем субсидирования менее углеродоемкого производства.
Читайте также:
С 2017 года сотрудники Алтайского биосферного заповедника регулярно погружались к затонувшему теплоходу и проводили мониторинг объекта на отсутствие явных следов разлива ГСМ. Анализ проб показывал лишь следовые концентрации нефтепродуктов.
Но время идет, озеро уже начало постепенно переваривать то, что попало к нему. Несмотря на то, что судно в неплохом состоянии, сохранилась отслоившаяся краска, радовали глаз целые иллюминаторы, коррозия сделала свое дело и металл начал «плакать» сталактитами из ржавчины Роман Воробьёв Дайвер и сотрудник Алтайского заповедника
С 2017 года сотрудники Алтайского биосферного заповедника регулярно погружались к затонувшему теплоходу и проводили мониторинг объекта на отсутствие явных следов разлива ГСМ. Анализ проб показывал лишь следовые концентрации нефтепродуктов.