В марте 2026 года объём погрузки на Северной железной дороге составил 4,5 млн тонн, что на 6,6% меньше, чем за аналогичный месяц прошлого года. Грузооборот сократился ещё заметнее — на 14,2%, до 11,9 млрд тарифных тонно-км. С учётом порожнего пробега этот показатель опустился до 14,7 млрд тонно-километров, минус 14,3%.
Такие результаты стали закономерным итогом трёх месяцев замедленной активности. За январь—март 2026 года погрузка на магистрали достигла 12,4 млн тонн, что на 8,1% ниже, чем годом ранее. Это не сезонное колебание — это отражение более широкой картины: экономика продолжает работать в режиме минимальной загрузки, а ключевые отрасли остаются в рецессии.
Наиболее остро снижение чувствуется в массовых грузах:
Эти три направления — основа традиционной погрузки — одновременно теряют темпы, что оказывает системное давление на общий баланс.
На фоне общего спада выделяются несколько секторов с положительной динамикой:
Рост в этих категориях — не результат масштабного инвестиционного импульса, а скорее эффект точечной поддержки и восстановления после прошлогоднего провала.
Общий грузооборот за первые три месяца 2026 года составил 32,8 млрд тарифных тонно-км, что на 16% меньше, чем за аналогичный период 2025 года. С учётом порожняка — 41,4 млрд тонно-км, минус 16,8%. Такое сильное сокращение указывает не просто на изменение структуры, а на снижение общей физической нагрузки на инфраструктуру.
Почему так? Экономика не проснулась
Основная причина — слабая деловая активность. Спрос в строительстве, машиностроении и энергетике остаётся на низком уровне. Высокая ключевая ставка, ограниченный доступ к кредитам и неопределённость в госфинансировании блокируют запуск новых проектов.
Даже там, где наблюдается рост (металл, удобрения), он обеспечивается не внутренним разворотом, а внешними факторами: экспортными контрактами, государственной поддержкой или временным дефицитом на рынке.
Северная железная дорога демонстрирует не отдельную проблему, а системную картину страны. Она работает эффективно, но не может компенсировать отсутствие грузов, которых никто не производит и не заказывает.
Пока экономика не начнёт расти, даже самые выгодные тарифы и преференции не вернут прежние объёмы. А значит, путь к восстановлению лежит не через логистику — а через возвращение доверия к будущему.
С 2017 года сотрудники Алтайского биосферного заповедника регулярно погружались к затонувшему теплоходу и проводили мониторинг объекта на отсутствие явных следов разлива ГСМ. Анализ проб показывал лишь следовые концентрации нефтепродуктов.
Но время идет, озеро уже начало постепенно переваривать то, что попало к нему. Несмотря на то, что судно в неплохом состоянии, сохранилась отслоившаяся краска, радовали глаз целые иллюминаторы, коррозия сделала свое дело и металл начал «плакать» сталактитами из ржавчины Роман Воробьёв Дайвер и сотрудник Алтайского заповедника
С 2017 года сотрудники Алтайского биосферного заповедника регулярно погружались к затонувшему теплоходу и проводили мониторинг объекта на отсутствие явных следов разлива ГСМ. Анализ проб показывал лишь следовые концентрации нефтепродуктов.